ОСОБЫЙ ГОЛОД

Голод – это беда. Голод – это наказание.

ОСОБЫЙ ГОЛОД

Для людей, знающих, что Бог есть и что Он, а не случай, правит миром, голод – это знак Божиего гнева. В каком-то очень неправильном образе мысли и действия нужно закоснеть людям, чтобы в некий момент было сказано: «Вот, Господь, Господь Саваоф, отнимет у Иуды посох и трость, всякое подкрепление хлебом и всякое подкрепление водою» (Ис. 3: 1).
Если люди сделают из своей гордыни стены и укроются за ними от лица Божия, если Бога люди сделают для себя врагом и над словами Его будут посмеиваться, то голод стает стенобитным орудием, от которого падут богоборные стены. Об этом сказано: «Если и после сего не исправитесь и пойдете против Меня, то и Я пойду против вас и поражу вас всемеро за грехи ваши. Хлеб, подкрепляющий человека, истреблю у вас…» (Лев. 26: 23-25).
Стоит ли ворошить недавние архивы, вспоминать о блокадном Ленинграде, об искусственном голоде на Украине и в Поволжье, чтобы развить эту тему? Неужели не ясно, что будь то голод природный, рожденный отказом земли рожать, будь то голод искусственный, рожденный злой человеческой волей, мы имеем дело с бедой – с великой бедой и, скорее всего, с наказанием.
Но есть и особый вид голода. О нем говорит пророк: «Вот наступают дни, говорит Господь Бог, когда Я пошлю на землю голод – не голод хлеба и не жажду воды, но жажду слышания слов Господних. И будут ходить от моря до моря, и скитаться от севера к востоку, ища слова Господня, и не найдут его» (Ам. 8: 11-12).
***
Нам, «родившимся в СССР», легче легкого понимать эти слова как исполнившиеся в нашем недалеком прошлом.
Удивительна наша Родина. Если любить ее, то (прав Лермонтов) – «странною любовью». Вся Родина моя сшита из парадоксов, вся – выше логики – или ниже ее.
Страна, победившая и искоренившая безграмотность, страна, посадившая всех своих граждан за парты, стоявшая в очередях за хлебом в дни войны и за книгами в дни мира, эта страна забрала у своих умеющих читать граждан Библию. И действительно скитались люди в поисках Живых Слов. И садились в тюрьму люди за чтение и хранение Книги. И переписывали от руки Книгу, превращаясь невольно в царей Израильских, которым Закон вменял в обязанность переписать Тору и поучаться в ней.

Кто из людей старшего поколения не помнит о том едком литературном мусоре, который назывался «Забавная Библия», «Смешная Библия» и т.д.? «Там», на Западе, Господа попытались сделать «притчей во острых и ядовитых языцех» такие персонажи, как Шоу или Твен. У нас же на безблагодатной ниве обливались потом труженики помельче. Но отсутствие таланта восполнял госзаказ, и книжонки эти паскудненькие пылились на многих полках.
И вот как может быть связан голод слышания слов Господних с эпохой публичного печатного осмеяния Господа Бога!
Читаю однажды в «Журнальном зале» ученую дискуссию о возможности или невозможности, уместности или неуместности ученому быть верующим. Ученые, как водится, говорят то ни о чем, то так умно и тонко «о своем», что никому не понятно. А самые яркие искры высекаются не из прохладных рассуждений, а из спора двух людей, из которых один явно не верит, а другой верит по-настоящему. М. Гаспаров, выражая свое ученое «не credo», возьми и затронь не к месту таинство Евхаристии. И тут ему в ответ слышу женский голос. На высокой ноте небезразличия, с хорошим знанием темы и на красивом языке маститому ученому указали на его место в тех вопросах, где речь идет о вере, которой Гаспаров, в отличие от колоссальных знаний, не имеет. Ищу имя автора – И.Б. Роднянская, литературный критик. Кстати И. и Б. расшифровываются как Ирина Бенционовна. Эх, дал бы я ту статью почитать любому антисемиту, от доморощенных до идейных. Глядишь, какая-нибудь головушка бы и остыла.
И пишет там Ирина Бенционовна (спаси ее, Господи) среди прочего о том, как учила по программе переписку Гоголя с Белинским. О том, как среди дежурных фраз критики о правоте Виссариона и его победе над Гоголем почувствовала она впервые сладость имени Иисусова и смутно ощутила, что в Нем – Истина.
Пишет также о том, как рассказывал ей один старенький и видавший виды священник о самодельных «молитвенниках» советской поры. Это были скорее цитатники, чем молитвенники, и состояли они из бережно вырезанных священных цитат, ради смеха и критики размещенных в атеистических книжонках, в которых атеист смеялся больным пролетарским смехом над сотворением мира, над обрядами книги Левит, над Непорочным зачатием, над насыщением пяти тысяч пятью хлебами. Смеялся и… приводил цитаты. Вот эти-то цитаты бережно вырезали верующие и делали из них меленькие книжечки.
Это же через что надо было людям многим пройти, что надо было передумать и перечувствовать, какие сомненья побороть, какими вздохами грудь измучить, чтобы пройти сквозь красную эпоху и веру сохранить!
***
Вот вам наглядная картина, вот вам капля крови, взятая для анализа эпохи «голода слышания слов Господних». Вот вам маленький штрих, мелкий, как йота или черта в Законе, при рассмотрении которого многое становится ясным.
Выжил народ, перетерпев различные голодовки, и вот наконец вступил в эпоху, богатую всем, в том числе и доступом к информации.
Здесь мы плавно подходим к теме голода не как наказания, а как признака здоровья. Больной организм отворачивается от пищи. Здоровый человек хочет есть. В этом смысле понимаем повеление Христа об исцеленной Им дочери Иаира: «Она тотчас встала, и Он велел дать ей есть» (Лк. 8: 55). Это значит, что девочка не только жива, но и здорова.
Если здоровый организм хочет еды, то здоровая душа хочет слова Божия, помня, что одним лишь хлебом жива не будет (См.: Мф. 4: 4).
Нам сегодня вернули Библию. Но теперь мы ее не хотим. Она лежит у многих на полке, как ржавое оружие у пьяного дезертира, и редко человеческие пальцы осторожно прикасаются к ней.
***
Стоит повторить несколько мыслей, иначе есть риск запутаться.
Человек жив двояко и от двух видов хлеба – земного и небесного. Любой голод ужасен – как голод хлеба, так и голод Божественных слов. И тот, и другой приводят к людоедству. Отнюдь не образному, а самому настоящему. В книге Левит так и сказано: «Будете есть плоть сынов ваших, и плоть дочерей ваших будете есть» (Лев. 26: 29).
История наша столь полна доказательствами – фотографиями, документами, рассказами очевидцев, что пускаться в доказательства – тратить слова.
Народ наш «во время оно» отвратился от здоровой пищи (не будем здесь разбирать причины) и возжелал питаться только пирожными, их же ему испечет светлое будущее. В результате пришлось долго мешать хлеб то с опилками, то с хвоей, то с отрубями. Причем это касается «обоих хлебов» (см. выше о цитатниках, вырезанных из книг по атеистической пропаганде).
Теперь же у нас есть и еда на столе, и Библия на журнальном столике. В самый раз изголодаться по слову Божию и читать его, читать, затверживая наизусть, делая выписки и заметки, доискиваясь смысла, заполняя сердечную пустоту. Как древние отцы Синайских, Палестинских и прочих пустынь, нужно при встрече делиться словами о том, что прочел, во что проник, что прочувствовал из Божественных Писаний. Это – здоровый голод, то есть голод, свидетельствующий о здоровье души. И этот голод – не наказание, а благословение.
Если небесный хлеб и чистое словесное молоко не полюблены и не востребованы, то в пищу пойдет только религиозный фаст-фуд, а именно: погоня за чудесами, распутывание всемирных заговоров и «эсхатологическая паранойя».
***
Что практически можно предложить? Ты пришел ко мне в гости, а я, прежде чем усадить тебя за стол, говорю: «Давай из Псалтири псалмов по пять прочтем».
Мы с тобой на улице встретились, а ты мне сразу после рукопожатия рассказываешь о том, где в книге Иова содержатся мессианские пророчества.
Ну и из храма, конечно, ни разу мы не выйдем, чтобы не унести с собою в памяти либо объясненное Господне слово, либо запомнившееся апостольское выражение.
А как вам такие практические примеры?
«Если это есть в нас и умножается, то мы не останемся без успеха и плода в познании Господа нашего Иисуса Христа» (см.: 2 Пет. 1: 8).
Если же этого нет в нас, а еще хуже – не хотим мы этого и не интересно оно нам, то и не знаю, что сказать.
Если Сладчайший Иисус народу не сладок и небесный хлеб народу не вкусен, то как знать, не исчезнем ли мы вскоре, как пар, и не скажет ли случайный прохожий: «Здесь когда-то жили люди».
И если родителям можно часто говорить: «Отберите у детей жвачки и шоколадные батончики. Научите их чувствовать вкус простого хлеба», то стоит также и всем, от кого это зависит, напоминать: «Приучите народ к Божиему слову. Народу гибель без слова Божия».
Последнее, кажется, прямая цитата из Достоевского.
Протоиерей Андрей Ткачев

15 сентября 2011 года

google.com bobrdobr.ru del.icio.us technorati.com linkstore.ru news2.ru rumarkz.ru memori.ru moemesto.ru

Комментирование закрыто.